Глава «Роснефти» Игорь Сечин заявил, что в иске его компании к АФК «Система» нет ничего личного. Об этом во вторник сообщила британская газета Financial Times.
Издание отмечает, что Сечин опроверг слова неназванного иностранного инвестора, по мнению которого, между Сечиным и основным бенефициаром АФК «Система» Владимиром Евтушенковым «есть явно что-то личное». «Конфликта с Евтушенковым у нас нет. Ничего личного», - отметил Сечин.
По его словам, в суд он обратился для того, чтобы защитить интересы своих акционеров. «Можно было бы сказать, что кое-то действительно талантлив, что они умеют зарабатывать деньги настолько быстро. Но вы знаете, мне кажется, что времена Дикого Запада закончились. Раньше так было, везде», - заявил руководитель «Роснефти».
В мае «Роснефть» подала иск к АФК «Система» и «Система- Инвест» о взыскании 106,6 млрд рублей убытков, причиненных в результате реорганизации «Башнефти», впоследствии до 170,6 млрд рублей в связи с ослаблением курса рубля. АФК «Система» не согласна с предъявляемыми претензиями.
История судебного разбирательства
С 2005 по 2014 год «Башнефть» входила в состав АФК «Система» Владимира Евтушенкова, после чего была возвращена в государственную собственность. В 2016 году 50,1% акций «Башнефти» приобрела «Роснефть», заплатив за пакет 329,7 млрд рублей. Позднее, после оферты миноритариям, «Роснефть» стала контролировать 57,7% уставного капитала «Башнефти». Башкирии принадлежит 25% плюс одна акция «Башнефти».
По итогам предварительного заседания по иску «Роснефти», которое состоялось в арбитражном суде Башкирии 6 июня, были удовлетворены все ходатайства истца, и ни одного, подававшегося «Системой». В итоге исковые требования «Роснефти» были увеличены до 170,6 млрд рублей из-за пересчета курса рубля, к делу приобщена переписка экс-менеджмента «Башнефти», которая, по мнению истца, доказывает осуществление им невыгодных действий для НК.
Так, согласно найденной «Роснефтью» в ходе аудита «Башнефти» переписке бывших топ-менеджеров, «Система» инициировала оформление документов о реорганизации нефтяной компании «задним числом», а материалы не были своевременно предоставлены миноритарным акционерам. «В электронной переписке представители АФК признавали, что нанесли убыток «Башнефти», нарушили права других акционеров и призывали разработать контраргументы в случае предъявления им иска о взыскании убытков», - отметил представитель НК. В качестве «легенды» сотрудники должны были обосновать реорганизацию текущей бизнес-стратегией «Башнефти» и достижением позитивных бизнес-целей.
Из переписки следует, что в разделительном балансе непропорционально распределены активы и обязательства. Кроме того в переписке указано, что принятие корпоративных решений о присоединении ЗАО «Башнефть-инвест» к «Башнефти» приведет к возникновению убытка в размере более 30 млрд рублей.
Как заявил официальный представитель АФК «Система» Сергей Копытов, все документы, касавшиеся реорганизации «Башнефти», включая разделительный баланс, были подготовлены в полном соответствии с корпоративными процедурами и требованиями законодательства.
«В строгом соответствии с требованиями законодательства и положениями разделительного баланса, который был предоставлен всем акционерам перед общим собранием акционеров, отдельные статьи разделительного баланса подлежали актуализации с учетом изменений текущей рыночной стоимости акций «Башнефти» на дату завершения реорганизации. Указанные корректировки, таким образом, были обусловлены исключительно ростом котировок акций Башнефти на момент завершения реорганизации и не имели (и не могли иметь) какого бы то ни было негативного эффекта для всех участников реорганизации», - отметил он. По его словам, АФК «Система» по-прежнему убеждена в полной несостоятельности как иска в целом, так и заявленных в ходе предварительного заседания доказательств истцов.
Кроме того, суд удовлетворил ходатайство Башкирии о присоединении к иску «Роснефти», отказав «Системе», которая хотела привлечь республику в качестве третьего лица на стороне ответчика. Ответчику, который просил больше времени для подготовки к процессу, также было отказано в переносе предварительного слушания по делу, а его ходатайство о привлечении Росимущества к процессу будет рассмотрено только в ходе основного заседания, которое назначено на 27 июня.
Правообладатель иллюстрации Sergei Savostyanov/TASS
"Роснефть" и "Башнефть" согласовали условия мирового соглашения с АФК "Система". Компания Владимира Евтушенкова выплатит "Башнефти" 100 млрд рублей, сообщили в "Роснефти".
Совет директоров "Башнефти" согласовал условия мирового соглашения между "Роснефтью", "Башнефтью" и АФК "Система". Соглашение подписано всеми участниками судебного спора по иску "Роснефти" о взыскании убытков в связи с реорганизацией "Башнефти" и будет направлено для утверждения в Арбитражный суд Башкортостана, сказано в сообщении "Роснефти".
Выплатить 100 млрд рублей в качестве возмещения "убытков" "Системе" помогут Российский фонд прямых инвестиций и Сбербанк, окончательные расчеты должны быть завершены не позднее 30 марта 2018 года, говорится в сообщении. После выплаты денег стороны обязуются отказаться от взаимных претензий.
Накануне, 21 декабря, глава "Роснефти" Игорь Сечин и председатель совета директоров "Системы" Евтушенков участвовали во встрече Владимира Путина с представителями российского бизнеса.
Заканчивая встречу, президент обратил внимание собравшихся на позднее время и предложил расходиться, чтобы Сечин и Евтушенков успели обсудить проблемы между компаниями, передавал Интерфакс.
- "Система" подала встречный иск к "Роснефти" на 330 млрд рублей
"Это прозвучало, скорее, в достаточно свободной и шутливой атмосфере, потому что это была уже неформальная часть встречи, что называется за бокалом шампанского. Президент поздравил участников совещания с наступающим Новым годом, - подтвердил в пятницу пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков. - Но фраза такая действительно прозвучала".
На просьбу уточнить, чем закончилась встреча Сечина с Евтушенковым, Песков посоветовал дождаться заявлений самих компаний.
История мировой
Путин еще в сентябре говорил, что рассчитывает на мировое соглашение участников спора "Роснефти" и "Системы".
В августе Арбитражный суд Башкирии взыскал с АФК "Система" в пользу "Роснефти" 136,3 млрд рублей. Компания Сечина требовала в иске 170,6 млрд рублей.
Руководство "Системы" на протяжении всего конфликта заявляло, что готово заключить мировое соглашение с "Роснефтью". Сечин, в свою очередь, называл предложения "Системы" недостаточно "конкретными".
"Система" оспорила августовское решение суда. В "Роснефти" сочли саму апелляцию отказом от мирового соглашения.
По версии нефтяной компании, "Система" могла закончить спор миром, выплатив присужденные "Роснефти" 136,3 млрд рублей. "Это было мирное требование. Но три месяца прошло", - говорил Би-би-си пресс-секретарь "Роснефти" Михаил Леонтьев. Он называл саму апелляционную жалобу "Системы" отказом от мировой сделки.
"Никаких переговоров между "Роснефтью" и АФК "Система" не было, были только ультимативные требования истцов выплатить всю сумму в полном объеме, что, конечно, сложно назвать конструктивно позицией и готовностью к мировому соглашению", - сообщал Би-би-си представитель АФК "Система" Сергей Копытов.
- "Роснефть" vs АФК "Система": история конфликта
- Иск "Роснефти" помешал биржевому размещению "Детского мира"
- Акции "Системы" рухнули на 25% после иска "Роснефти" на 100 млрд
Ранее на этой неделе, 18 декабря, 18-й апелляционный суда Челябинска оставил без изменения решение первой инстанции по иску "Роснефти", отклонив жалобы обеих компаний. Решение о взыскании 136,3 млрд рублей в пользу "Роснефти" вступило в силу. "Система" обещала выплатить ей деньги, но продолжать оспаривать решение.
В четверг после объявления о заключении мирового соглашения Леонтьев и Копытов не ответили на звонки корреспондента Русской службы Би-би-си.
Позже Леонтьев заявил, что "Роснефть" и "Башнефть" согласились на снижение суммы требований к "Системе", так как иначе она оказалась бы под угрозой банкротства. А холдинг Евтушенкова заявил, что "Система" осуществит выплату за счет собственных и заемных средств.
Правообладатель иллюстрации Mikhail Metzel/TASS Image caption 7 декабря "Роснефть" и "Башнефть" подали в Арбитражный суд Башкирии еще один иск к АФК "Система", Евтушенков назвал его "акцией устрашения"Суть конфликта
Претензии "Роснефти" к АФК "Система" связаны с реорганизацией в компании "Башнефть", которой в 2009-2014 годах владел холдинг Евтушенкова.
Осенью 2016 года "Роснефть" стала акционером "Башнефти", выкупив государственный пакет в размере 50,08%, а в мае 2017 года компания Сечина подала к "Системе" иск на 106,6 млрд рублей. Позже сумма требований была увеличена до 170,6 млрд рублей. Именно столько потеряла "Башнефть" вследствие реорганизации, проведенной "Системой" в 2013-2014 годах, посчитали в "Роснефти".
В АФК "Система" неоднократно отвергали эти обвинения, называя их абсурдными, однако судебную тяжбу компания проиграла. В августе Арбитражный суд Башкирии вынес решение о взыскании с АФК "Система" 136,3 млрд рублей в пользу "Роснефти".
"Система" оспорила решение суда первой инстанции. При этом в компании заявляли, что готовы заключить мировое соглашение с "Роснефтью". В компании Сечина, в свою очередь, называли предложения "Системы" несостоятельными. А Путин, выступая за мировое соглашение, говорил, что "это было бы на пользу как обеим компаниям, так и российской экономике в целом".
7 декабря "Роснефть" и "Башнефть" подали в Арбитражный суд Башкирии еще один иск к АФК "Система", требуя взыскать с нее еще 131,6 млрд рублей (2,2 млрд долларов).
"Сумма [нового] иска соответствует сумме дивидендов, выведенных ответчиками из АНК "Башнефть" с 2009-й по 2014 год в свою пользу, за вычетом уплаченных налогов", - заявили в "Роснефти".
Евтушенков назвал новый иск "акцией устрашения", а на следующий день АФК "Система" подала встречный иск в Арбитражный суд Москвы. Компания потребовала взыскать с "Роснефти" 330 млрд рублей в качестве возмещения ущерба.
В АФК "Система" говорили, что "Роснефть" и "Башнефть" в течение 2017 года предпринимали действия с целью "неосновательного обогащения" за счет "Системы" и "разрушения корпоративной стоимости" компании вплоть до доведения ее до банкротства.
Многострадальная «Башнефть» оказалась взрывоопасным активом уже для второго или даже третьего поколения владельцев. Сперва из-за нее федеральный центр в начале 2000-х воевал с Муртазой Рахимовым, шантажируя его на президентских выборах в республике в 2003 году. Условием поддержки Рахимова стало его согласие на доступ к активам «Башнефти» сторонних инвесторов - до этого республика, приватизировавшая компанию по своим правилам, не желала ее выпускать из рук.
В несколько этапов она с 2005 по 2009 годы перешла к АФК «Система». В ходе сложных маневров вокруг структуры собственности Урал Рахимов - сын Муртазы, приватизировавший «Башнефть», поссорился с отцом, а затем в итоге и вовсе оказался фигурантом уголовного дела, правда недоступным российскому правосудию, находясь в эмиграции в Австрии.
По тому же делу пострадал и новый владелец - Владимир Евтушенков , в 2014 году попавший под домашний арест, а в 2016 году лишившийся «Башнефти» по иску Генпрокуратуры России, добившейся через арбитражный суд перехода ее в федеральную собственность. Затем очередь страдать из-за «Башнефти» перешла к Алексею Улюкаеву, за вымогательство взятки в ходе ее повторной приватизации. После опять начались проблемы у «Системы» Евтушенкова, которого обвинили примерно в том же, что и в свое время Урала Рахимова. Новый владелец - «Роснефть», предъявила иск на 170 миллиардов рублей.
Достижение 22 декабря между «Роснефтью» и «Системой» после настоятельной, хотя и данной в шутливой форме, рекомендации Игорю Сечину и Владимиру Евтушенкову со стороны Владимира Путина не стало сенсацией. В России не принято игнорировать такого рода пожелания. Вспоминается ситуация 2009 года, когда Путин, тогда еще в ранге премьера, был вынужден лично прибыть в город Пикалево и разруливать сложную цепочку конфликтов между различными компаниями, в результате которых под угрозой остановки оказались три предприятия города.
При нем было подписано соглашение между владельцем «Базэлцемента» Олегом Дерипаской , которому Путин лично скомандовал: «Я не вижу вашей подписи, идите и подпишите», и группой «Фосагро». На камеру премьер разразился сентенцией: «Сделали заложниками своих амбиций, непрофессионализма и, может быть, просто жадности тысячи людей. Это абсолютно недопустимо, где же социальная ответственность бизнеса»?
Сегодня, восемь с половиной лет спустя Путин занимается тем же, что и тогда, и чем занимался все восемнадцать лет своего правления - разруливает бизнес-конфликты между олигархами. Так он выполняет функцию мега-регулятора, не предусмотренную в конституции, но от того не менее значимую.
Вообще, тот факт, что в России ничего не меняется, вещь достаточно неприглядная. За восемнадцать лет в стране так и не сложились способы цивилизованного решения конфликтов в предпринимательской среде, в результате чего власть должна «мирить» соперничающие компании и клан, улаживать конфликты между ними и государственными органами.
Ярким символом этого стало отчаянная попытка к президенту рыбопромышленника Михаила Зуба, замаскировавшегося под журналиста. Иных путей решить свои проблемы он не видел. До этого был знаменитый «Вятский квас», который без президента не мог прорваться на полки ритейлеров.
Сегодня, в канун президентских выборов данная регулятивная функция верховной власти приобретает особое значение. Кремль заинтересован в минимизации громких конфликтов, а ссора между «Роснефтью» и «Системой» была именно таковым, создающим негативный имидж российскому бизнесу.
Фигура Сечина
Кроме того, важен был и конкретный имидж «Роснефти» и ее руководителя - Игоря Сечина. Будучи фигурой непубличной, он, тем не менее, постоянно оказывается в центре общественных обсуждений, и, как правило, со знаком «минус».
В отчетах о судебном разбирательстве относительно Алексея Улюкаева, фамилия «Сечин» произносилась едва ли не чаще. Создается образ конфликтного и непредсказуемого менеджера, что для госкорпорации, которую он возглавляет, и которая уделяет столько внимания построению своего позитивного имиджа, совсем не хорошо.
В последние дни Владимир Путин сделал немало примирительных жестов. Он решение российских спортсменов ехать на Олимпиаду под нейтральным флагом, российского экспедиционного корпуса из Сирии, на телеэкраны Ксения Собчак с непривычно резкой критикой власти.
Кремлю не нужны проблемы в бизнесе в условиях, когда жизнь их сама подкидывает ежедневно - то резкое падение промпроизводства в ноябре, то ситуация с Промсвязьбанком, то двусмысленное решение Стокгольмского арбитража по спору «Газпрома» и «Нафтогаза». Ни на пресс-конференции, ни на встрече с представителями крупного бизнеса президенту особенно похвастать было нечем. Ситуация начала двухтысячных с ее быстрым ростом давно осталась в прошлом, а настоящее представляет собой безрадостное топтание на месте, когда малейший просвет пытаются выдать за позитив.
Перевыборы Путина в 2004 году, выборы Медведева в 2008, проходили на фоне впечатляющих экономических достижений. В 2018 году, как шесть лет назад, их лейтмотивом станет «только бы не было хуже». Но это, наверное, не совсем то, чего хотели бы в Кремле. Однако если там думают о прорывной повестке, об убедительной избирательной программе (понятно, что в России ни одна из них не является «дорожной картой», и про них забывают на следующий день после избрания, но, тем не менее, в период кампании и этот документ весьма важен), то приглушение конфликтов в бизнес-сообществе становится важной задачей (иначе на их фоне презентация красивых планов будет выглядеть не комильфо), и президент будет «посредничать» еще не раз.
Такой лютой корпоративной войны, которая развернулась сейчас между «Роснефтью» и АФК «Система», не было в России ни в одном из путинских сроков, включая премьерский. Можно, конечно, вспомнить дело ЮКОСа, но в нем было много политики, да и формально это был спор между компанией и государством. Рубка же между структурами Сечина и Евтушенкова сродни большим олигархическим войнам девяностых. И политика в этой войне если и есть, то сугубо как инструмент, а предмет войны — деньги и активы.
Главной пострадавшей стороной в этой войне, хоть это и неочевидно на первый взгляд, становится судебная система. Обе стороны в полной мере используют свой немалый финансовый и административный ресурс. Сечин остается Сечиным в любом конфликте, но Евтушенков — это все же не «гладиатор с картонным мечом», как описал себя в последнем слове Алексей Улюкаев. Евтушенков — опытный, матерый боец, особенно если битва будет происходить на арене Арбитражного суда города Москвы. Напомню, что АГС не принял первый иск «Роснефти» к АФК, с которого начался конфликт, и разбирательство перекочевало в Башкирию, по месту регистрации «Башнефти», которая одновременно является соистцом и своего рода вещественным доказательством. «Башнефть» в родной республике проиграть не может, кто бы там ни был ее владельцем.
Владимир Евтушенков. Фото: РИА Новости
Собственно, первый этап судебного разбирательства был интересен только итоговой суммой, которую начислять АФК за неправильное с точки зрения нового собственника управление активом, принадлежавшим структурам Евтушенкова на праве собственности. Сумма получилась немногим больше 136 миллиардов рублей, и стороны оценили ее по-разному. «Роснефть» — как итоговый счет, АФК — как отправную точку для торгов на понижение. Торги должны были бы привести к заключению мирового соглашения, причем о мировом как о лучшем сценарии выхода из клинча двух уважаемых людей публично говорил президент Владимир Путин. Тем более что мировое соглашение аннигилирует ранее вынесенные решения, а эти решения, надо сказать, создают в России принципиально новый порядок, в котором мыслепреступление может выражаться во владении определенными активами.
В этом смысле решение Арбитражного суда Башкортостана, которое впитало в себя иск «Роснефти» и, кажется, комментарии ее официальных представителей, — конечно, документ эпохи.
Логика такая: АФК не могла не знать, что владеет активом недобросовестно и вследствие этого недолго, а потому не имела права распоряжаться им на правах собственника, например, проводить корпоративную реорганизацию. Или выплачивать дивиденды. Это уже пункт из второго иска, снова «Роснефти» в Арбитражный суд Башкортостана. В обеспечение этого иска были арестованы примерно все ликвидные активы АФК.
Еще раз, чтобы вы поняли масштаб проблемы, — не для Евтушенкова, а для страны скорее — Арбитражный суд Башкирии по коммерческому спору может арестовать акции десятков компаний, в том числе лидеров рынка, по всей России.
При этом в «Роснефти» не скрывают, что главная цель подачи второго иска — принудить АФК к выплате всей суммы по первому. В АФК считают это злоупотреблением правом. И на основании этого подали иск в Арбитражный суд города Москвы, требуя уже с «Роснефти» и «Башнефти» 330 миллиардов рублей.
Можно, конечно, сказать, что это «обратка». Но для системы арбитражного правосудия это не меньший вызов, чем башкирские иски «Роснефти». Потому что рассматривать обращение в суд как злоупотребление правом — это тоже открывать ящик Пандоры. Да и расчет суммы иска, основанный на падении капитализации компании на российском фондовом рынке, — это скорее риторический прием. В рамках той же логики политик мог бы подать иск об ущербе, нанесенном его деловой репутации, основываясь на данных о падении его электорального рейтинга по версии ВЦИОМ.
Главный же риск ситуации в том, что если высшее политическое руководство страны не вмешается в ситуацию, то вполне вероятен сценарий, при котором «Роснефть» победит в Башкирии, а АФК — в Москве.
Тогда мы будем иметь целую серию резонансных, прецедентных и вместе с тем разрушающих самые основы правосудия решений.
Но и вмешательство высшей политической силы, прямо скажем, не сильно поможет торжеству независимого правосудия в нашей стране.
Видимо, в начале четвертого срока Владимиру Путину придется заняться тем же, чем и в начале первого, — равноудалением и установлением элементарных правил игры.
«Осознавая незаконность владения, риск опротестовывания структуры собственности в суде, АФК «Система» под видом непрофильных активов начала вывод ценного имущества из «Башнефти» - эта фраза из рассматриваемого искового заявления «Роснефти» к АФК «Система» довольно точно передает смысл отношения Игоря Сечина ко всей истории с «Башнефтью». Он убежден, что все, кто владел «Башнефтью» после утраты государством контроля над нефтяной компанией в 2003 году, поживились на «Башнефти» незаконно и должны свои «нетрудовые доходы» вернуть. В бюджет за «Башнефть» деньги уже возвращены - «Роснефть» в прошлом году уплатила за контрольный пакет акций компании 330 млрд рублей, но теперь, по версии Сечина, настало время вытрясти деньги из карманов тех, кто «поживился» на «Башнефти» в предыдущее десятилетие. В этом и смысл иска к «Системе» - Сечин считает сам факт вывода «Башнефти» из госсобственности незаконным, а все полученные ее частными акционерами доходы за период владения - «отмыванием с последующей легализацией».
История эта тянется уже очень давно, и удивительно, что пресса не так много внимания обращает на участие команды Сечина в тяжбе за «Башнефть» еще более 10 лет назад. Напомню: в 2003 году госпакет акций «Башнефти» внезапно оказался в собственности цепочки ООО, подконтрольных Уралу Рахимову, сыну тогдашнего главы Башкирии Муртазы Рахимова (на самом деле он просто талантливый бизнесмен, каких много, папа тут ни при чем). Когда кресло под Рахимовым-старшим зашаталось (в 2010 году он был вынужден покинуть свой пост), акции «Башнефти» были проданы АФК «Система» за $2,5 млрд: к тому времени «Система» уже была владельцем блокпакета, купив его в 2005 году.
По сути дела, участие «Системы» в качестве миноритарного акционера башкирских нефтегазовых предприятий в 2005-2009 годах оформляло «крышу» для Муртазы Рахимова со стороны влиятельного политического тяжеловеса Юрия Лужкова, давнего политического партнера Рахимова (владелец «Системы» Владимир Евтушенков традиционно был одним из наиболее близких к Лужкову бизнесменов). Когда семья Рахимовых начала понимать, что трон под ними шатается, то было принято решение «выйти в кеш», продав самое ценное, что у них имелось, компании, близкой к Лужкову. Позже «полетел» и Лужков, и «политическая крыша» над владельцами «Башнефти» зашаталась. К чему это привело, теперь всем известно.
Но самое интересное, что команда Сечина начала борьбу за этот актив вовсе не в 2014 году, когда Следственный комитет возбудил уголовное дело о незаконности приватизации «Башнефти», а гораздо раньше. Еще в 2006 году Федеральная налоговая служба подавала в суд иски о незаконности приватизации «Башнефти» и других предприятий башкирского ТЭКа), при этом интересы ФНС в суде представлял не кто иной как... Антон Устинов, в то время глава юридического управления ФНС, сыгравший ключевую роль в деле о выставлении налоговых претензий к ЮКОСу (по итогам которых активы ЮКОСа были экспроприированы), а позже - советник Сечина в правительстве в 2008-2012 годах и помощник президента в 2012-2016 годах, занимавшийся на Старой площади делами сечинской Президентской комиссии по ТЭК (с 2016 года Устинов возглавляет «Согаз»).
То есть команда Сечина не только начала охоту за башкирскими нефтяными активами еще более десяти лет назад, но и заведомо считает появление «добросовестных приобретателей» акций «Башнефти» в лице «Системы» мошенничеством и «нанесением ущерба государству», а себя - проигравшим, так как 330 млрд в бюджет за «Башнефть» в итоге пришлось заплатить ему (на самом деле всем нам, так как вот эти 330 млрд должны были быть потрачены на дивиденды «Роснефти» в бюджет и капитальные инвестиции, - но у Сечина другая логика). В качестве предлога для текущего судебного иска на 170 млрд рублей - половина от уплаченного «Роснефтью» за «Башнефть» (вероятно так и подсчитали сумму исковых требований) - используются какие-то сделки по внутренней реорганизации, которые собственник имел право совершать как хотел (даже не хочется анализировать эти абсурдные требования).
В этой истории как в зеркале отражается эпическая «схватка акулы и крокодила» - мутных приватизаторов эпохи первоначального накопления капитала против нынешних акул госкапитализма в погонах. Разумеется, передача активов «Башнефти» семье Рахимова с последующей их продажей бизнесмену, близкому к другу Рахимова Лужкову - мутнейшая история, у автора этих строк язык-то не поворачивается назвать это «приватизацией». Вместе с тем, вспоминая прошлогоднюю историю о том, как один нефтяной бизнесмен от государства сделал все, чтобы не допустить открытого аукциона по госпакету «Башнефти» и устроил вокруг этой ситуации настоящую вакханалию силовиков (включая арест действующего министра), можно сказать только одно: нынешние действия «Роснефти» - это просто продолжение раскрутки вот этой сумасшедшей спирали использования государственных институтов (в данном случае суда) как дубинки для передела собственности.
Безусловно, корневая проблема - непрозрачный переход контроля над «Башнефтью» от государства к частным структурам - должна была быть решена. Однако по итогам кавалерийской атаки Сечина мы имеем поглощение самой эффективной и быстрорастущей частной нефтяной компании под крыло государственного монстра, где «Башнефть» первым делом отложила выплату дивидендов. При частных владельцах она платила самые большие в отрасли дивиденды, в том числе и на госпакет в бюджет. Мы имеем новые удары по репутации нашей судебной системы и деловому климату, новые основания обвинять наши институты в фаворитизме в пользу госкомпаний (в рейтинге глобальной конкурентоспособности Всемирного экономического форума Россия находится на 77-м месте в мире по фаворитизму чиновников, между Камбоджой и Габоном). Мы имеем новые риски силового передела собственности и национализации частных компаний (суд уже наложил арест на принадлежащие «Системе» акции МТС и других компаний) - отъем этих активов в итоге и мог быть целью исков к «Системе».
В прекрасной России будущего, конечно, таких вещей не будет. Во-первых, там не будет госкомпаний-монстров, а будет открытая конкурентная среда без какого бы то ни было участия государства в нефтедобыче, фаворитизма, и использования судов и силовиков для передела собственности. А эффективные частные собственники не будут уничтожаться из-за непрозрачности сделок по первоначальному накоплению капитала - они просто доплатят в бюджет свой справедливый windfall tax и продолжат работу. Но до этого еще далеко, поэтому сейчас нам предстоит наблюдать угнетающее продолжение схватки акулы с крокодилом - пока один окончательно не съест другую.