О том, сколько платят российским наемникам на Востоке Украины, чем вооружают, как поступают с ранеными и погибшими, рассказал боец, вернувшийся на днях из Донбасса, где, как сообщает УКРОП со ссылкой на Argumentua.com , пророссийские силы ведут боевые действия против украинской армии и народа.
В сентябре мы похоронили на сестрорецком кладбище под Петербургом Владимира Камынина - ветерана нашего афгано-чеченского братства. Его привезли из Донбасса в цинковом ящике, точно таком же, какие были в Афганистане…
Камынин не воевал в Афгане, он прошел Чечню, потом его занесло каким-то ветром в Сирию - то ли по контракту, то ли через частную военную компанию. С началом событий в Донбассе вернулся на Родину, чтобы отправиться добровольцем на Украину. В 37 лет погиб. Зачем, за что, за кого - осталось без ответа. Позже родным передали орден Мужества, которым Родина отметила его заслуги (посмертно).
Вместе с ним было еще несколько питерских. Пока воюют. С одним из них, на днях вернувшимся из новой «горячей точки», довелось встретиться, поговорить. Фамилии и имени он просил не назвать, поэтому пусть будет просто Артем.
Артем воевал во второй чеченской кампании, был бойцом в спецназе.
- Как добровольцы попадают на Украину?
По-разному. Кто в интернете находит адреса-телефоны, кому в военкоматах наводку дают, некоторые просто едут в Ростов-на-Дону, а там уже ориентируются. Меня позвали ребята, наши, питерские. Они уже бывали там, с ними было проще. Когда есть рекомендация или кто-то, кто за тебя скажет, проще пройти проверки, устроиться на нормальное место.
- Что, серьезно проверяют?
Да не особо. Анкету заполняешь простенькую, примерно как при устройстве грузчиком: кто-чего, где служил, кем работал - и все. Главное, чтобы кто-то поручился из тех, кто уже был там. А так всякий народ попадался - и в розыске, и под статьей. Но это никого не волнует, берут и таких, не обращают внимания, лишь бы статьи не тяжкие были - не убийство, не разбой, не изнасилование.
- Армейская должность, звание, боевой опыт - имеют значение?
Не сказал бы… Ценятся специалисты - наводчики-операторы, корректировщики огня, связисты. Эти - на особом положении. Остальных направляют просто в стрелковые подразделения, на звания прежние не смотрят, офицеры на должности рядовых бойцов - обычное дело. Да там никто друг друга и не знает ни по званиям, ни по именам.
Сразу по прибытию тебе дают позывной, «погоняло» - под ним и живешь. Документы, телефоны, даже армейские жетоны - все забирают. Дня за три настолько привыкаешь к «кликухам», что уже на свое имя и не откликаешься. А про звание, кто где воевал - так уже, случайно, в разговорах узнаешь. Много, кстати, бывшего народу из разных спецназов, из внутренних войск, десантура, снайперы. А нужны простые механики-водители, артиллеристы.
Нас сразу отправили со сборного пункта в учебку в Ростовской области. Сейчас все по-другому, идет формирование подразделений - взводов, рот, батальонов, проходит боевое слаживание, учебные занятие. Все структурировано, замкнуто на единое командование. Дисциплина почти как в армии. Увольнения разрешали, но за опоздание из увольнения запросто выгоняли.
При мне отчислили несколько человек за то, что на три часа опоздали из города. Они помыкались, подергались - никуда не принимают. И отправились через границу самостоятельно. Казаки всех берут без разбору, там такая легкая анархия, они ни на кого не замкнуты, ни от кого не зависят. Но, правда, их тоже хотят структурировать как-то, завязать на вышестоящие штабы.
- А как границу пересекают - там есть какие-то проводники, переходы?
Да там не граница, а решето сплошное. Спокойно идут в любом направлении, никто никого не спрашивает - куда, зачем. И так все ясно. Техника с вооруженными подразделениями колоннами переходит границу просто днем, ни от кого не скрываясь.
- Техника, вооружение, обмундирование - откуда все это? В своем камуфляже народ подъезжает или там выдают?
Кто-то в своем, если удобный и привычный, но, как правило, всех переодевают в армейский, без всяких нашивок, опознавательных знаков и даже ярлыков изготовителей. Оружие - старое армейское, с советских еще складов. Никаких новейших снайперских винтовок, автоматов, которые не находятся на вооружении украинских силовиков, не выдают. Технику, говорят, пригнали крымскую, ну или ту, что захватили в Донбассе. Рассказывали, что на аэродроме захватили самолет-штурмовик, так под него еще два наших с такими же номерами и раскраской теперь летают - с разных аэродромов и по разным направлениям…
- А как со связью? Есть современные средства или как в прошлом веке на старых 123-х? И вообще, GPS, телефоны, интернет используют?
Со связью - не очень. Техника старье, как правило. Есть, конечно, и современные «Моторолы», но мало, только у командиров. В бытовых условиях втихаря, конечно, можно теоретически телефонами пользоваться, если командование не запалит. Там как бывало - боец домой позвонит по-тихому, мол, я на стройке в Сочи, или там еще чего придумает, а «укры» звонок перехватывают и уже сами звонят родителям: «А знаете, где ваш сын сейчас находится?
Знаете, что он преступник и убийца и будет объявлен в международный розыск?». В общем, начинается психологическое давление и обработка родственников. Поэтому бывалый народ в родном городе перед отъездом сим-карту «левую» покупает, на месте местную такую же - и таким образом связь поддерживает. Интернет тоже есть, но в соцсетях уже стараются не палиться - если залезают, то только новости почитать.
- Денег сколько получает рядовой боец, и откуда средства?
Пока в учебном подразделении - 80 тысяч рублей в месяц. Как переходишь границу - 120 тысяч в месяц или 60 тысяч в неделю, если участвуешь в боестолкновениях. (Поэтому там любят пострелять, даже если нет особой необходимости!). Деньги идут от «спонсоров», от каких и откуда - кто знает? Может - от Януковича, может - еще от кого. Но платят регулярно.
В учебке было - ребята откуда-то из Сибири аванс получили и слиняли по-тихому. Говорили, домой заскочим - денег отвезти, после праздников вернемся. И с концами! Платят еще за охрану предприятий - целый взвод может охранять какой-нибудь завод по изготовлению стеклопакетов (очень актуальное производство) или какую-нибудь шахту. Причем есть шахты, которые не обстреливает ни одна, ни другая сторона. Некоторые тоже под охраной добровольцев. Хозяева, наверное, платят…
- В основном из каких регионов добровольцы?
У нас много было со Ставрополья, с Урала, с нашего севера, из центральных областей. Есть там подразделения этнические - чеченский батальон, осетин много, причем как из Северной, так и из Южной Осетии, ребята наши встречали сербский отряд. Сейчас уже все более-менее строго, единое командование, а раньше, рассказывали, кто в лес, кто по дрова. Запросто можно было под дружественный огонь угодить, никто не знал - где, кто, в каком месте сидит, чего обороняет, куда наступает.
- А как с ранеными, с погибшими? Есть какая-то служба эвакуации, госпитали? Как отправляют тела убитых, как их вообще идентифицируют, если при них нет документов?
Раненых легко могут и на месте обработать, тяжелых в Ростов в основном отправляют.
С погибшими по-разному. У командиров, конечно, есть данные по всем нам. Связываются с родственниками, доставляют до границы, обеспечивают деньгами на проезд, на провоз тела. Погибшим полагается миллион рублей, но это позже получают родственники… Если родни нет, могут и на месте гибели прикопать. С украинской стороны тоже, кстати, по-всякому поступают. На предложение забрать трупы своих бойцов иногда никак не реагируют. Им тоже, наверное, лишняя возня не нужна. За убитых отвечать надо, родственникам платить, а так можно сказать, что они сами якобы перешли на нашу сторону и где-то скрываются в России.
- Случаи мародерства, грабежей населения бывали, как-то за это наказывают?
Обычное дело на войне… В начале кампании, рассказывали, целые колонны легковушек, джипов, грузовиков, строительной техники гнали в сторону границы. Не слышал, чтобы за это наказывали, там этим все живут. Вот за более тяжкие вещи - изнасилования, издевательства, пытки - отвечают. Нам в «учебке» приводили пример, как один командир подразделения бойца, которого прихватили на изнасиловании девчонки, расстрелял прямо во дворе казармы у стенки. Ну и на родину отправил гроб с сопроводительным письмом - что, мол, геройски погиб.
- Знаю, что ты опять собираешься туда. Скажи, зачем, что тянет туда - деньги, приключения, слава?
Да все понемногу. Здесь-то чего делать? Ни работы, ни семьи нет, друзья все там. В жизни чего я еще умею? Как-то так…
Требования к добровольцу:
1. Не судимый.
2. Без проблем с алкоголем и наркотиками
3. Физически развитый, с хорошим состоянием здоровья.
4. Служба в армии и боевой опыт весьма желательны. Также интересны спортсмены, охотники и вообще крепкие серьёзные люди.
5. Возраст - от 20 до 40 лет. Старше - обсуждается отдельно, исключение для людей в отличной физической форме и с необходимым опытом.
Право гражданина на выезд с территории РФ может быть временно ограничено, если:
Удостоверение личности гражданина (паспорт) является недействительным;
Проходит военную или альтернативную гражданскую службу;
Подозревается, обвиняется или осужден за совершение правонарушения, преступления;
Уклоняется от наложенных судом обязательств либо имеет задолженности: штрафы, кредиты, налоги, алименты и т.д.
По всем спорным вопросам о пересечении границы необходимо обращаться в ФМС (http://www.fms.gov.ru/) и ФССП (http://fssprus.ru/iss/ip/).
Срок службы:
Условия службы:
Обычная солдатская служба с караулами и пр. Регулярное участие в боевых действиях.
Проживание в казармах в Донецке либо на полевых базах непосредственно на линии фронта. Сухой закон, то есть пить НЕЛЬЗЯ. Нарушители попадают под арест, повторно - довезут до российской границы и выкинут обратно на родину. Дедовщины, разборок, драк, национальных проблем и т.д. нет. Платят денежное содержание, сейчас это 8000 гривен в месяц, на испытательный срок - 2000 гривен. Желающие заработать наёмники и авантюристы здесь не нужны.
Должности:
4.1 Стрелки
4.2. Пулемётчики
4.3. Разведчики
4.4. Снайперы
4.5. Гранатомётчики
4.6. Миномётчики
4.7. Водители и т.д.
1. Какие нужны документы?
Обязательно российский (или иного государства) паспорт. Если есть, лучше взять права. Желательна ксерокопия военного билета. Если есть результаты недавнего медосмотра, тоже взять с собой, особенно желательно флюорографию и тест на ВИЧ. Документы и гражданскую одежду никто не забирает, возможность уволиться есть всегда.
2. Что у вас за часть, кому подчиняетесь?
Республиканская гвардии - одна из силовых структур ДНР. По составу - бригада из батальонов и отдельных рот. Гвардия находится в подчинении непосредственно у правительства ДНР и занимается ведением боевых действий (но не политической деятельностью).
3. Как записаться на службу?
Сначала с документами обращаетесь в кадровую службу Республиканской гвардии и говорите, что хотите в "Патриот" или какой-то другой батальон. Оформляетесь и оттуда едете в часть. Окончательное решение о зачислении в штат принимает командир после собеседования.
4. А что будет, если меня не зачислят в подразделение?
Тогда обратно в кадровую службу Гвардии, там ещё несколько батальонов, точно возьмут.
5. Нужны ли вам девушки?
Женщины нужны только с необходимыми воинскими специальностями: снайперы, связистки, медики, повара и др. Остальных можем направить в гуманитарные или медицинские организации.
6. Чем Республиканская Гвардия отличается от ополчения?
Ополчения как такового уже нет, созданы силовые структуры ДНР: Минобороны, Республиканская гвардия, Внутренние войска, МГБ, полиция. Бывшие отряды вошли в их состав как роты и батальоны.
7. Нужно ли подписывать контракт?
Пока не подписывается, но в будущем это будет нужно. Сейчас контракт готовится. Наименьший срок контракта - год, но разорвать контракт по собственному желанию можно будет в любое время. Возможность уволиться есть, подав заявление за две недели.
8. Что брать с собой?
Форму и снаряжение, если есть. Если нет, это выдадут здесь, хотя по возможности приезжать не раздетым.
9. А это не наёмничество?
Это контрактная служба. По российским законам служба по контракту в ВС другого государства преступлением не является. Но следует учитывать, что в некоторых странах (в частности, Казахстан, Белоруссия, Испания и др.) служба здесь может стать поводом для уголовного преследования. Существуют ещё ЧВК (частные военные компании), их сотрудников обычно и называют наёмниками. Там уже другие деньги, и участвуют ЧВК в любых войнах, где платят. Мы к ним отношения не имеем и где они находятся, не знаем.
Военкор «КП» Александр Коц встретился с бывшими ополченцами, воевавшими за «русский мир» в ДНР и ЛНР. Смогли ли они найти себя в мирной жизни и благодарно ли им государство? [радиопередача]
Изменить размер текста: A A
Снайпер-журналист
Вечер. Звонок с неизвестного номера: «Саша, привет! Это Деки. Как дела? Дашь мне интервью о военной журналистике?» Я пытаюсь соединить услышанное в логическую цепочку. Деки - позывной легендарного сербского добровольца Деяна из Донбасса .
Добровольцы из Донбасса: смогли ли они найти себя в мирной жизни и благодарно ли им государство?
Последний раз мы виделись «на нулях» (нейтральная зона между армиями ДНР и Украины ) в прошлом году. Со своей «Дончанкой» (мощная винтовка местного производства) он усмирял повадившихся шуметь по ночам «правосеков» (организация "Правый сектор" запрещена в РФ - ред.). Пары хлестких выстрелов из этого оружия хватало, чтобы на той стороне воцарилась тишина - дурных нема.
Деян Берич стал не только «самым полезным» снайпером в Донбассе. Скромный, обаятельный, отзывчивый парень полюбился местным жителям. Да и среди журналистов он был популярным, никогда в разговоре не отказывал. И тут вдруг «дашь интервью?». «Интересно, - думаю, - у бывших ополченцев мирная жизнь складывается».
Пуля одна, а слово сразу на тысячи людей влияет. - Деки встречает меня в небольшой студии интернет-проекта PolitRussia. - Но я за это деньги не беру. Мы с друзьями, тоже из добровольцев, работаем на стройке.
В Донбасс Деян поехал из идеологических соображений:
Это долг русским. У нас во время войны в Югославии добровольцев из России было очень много. Вот они и позвали вернуть должок.
- Получается, вернул?
Здоровье уже не позволяет дальше воевать - столько ранений. Одна пуля прошла через живот, одна через грудь, на Саур -Могиле семь пуль попало в бронежилет, ребра потрескались. Тогда меня с колонной раненых украинцы в плен захватили. Потом мои сослуживцы выкупили меня. Проблема в том, что я никогда не долечивался до конца. Начал просто падать в обморок. Пришлось уезжать лечиться. Сейчас постоянно на обезболивающих.
- Трудно адаптироваться в мирной жизни?
Нет. Я на войне не жил войной. И бойцам советовал: закончил смену, приехал с передовой домой, оставь войну за порогом. Хорошо, если есть семья. У меня не было, но я приезжал в детдом. Помогал чем мог. Там 20 детей, у меня там три крестника... Я никогда не получал от войны адреналина. У меня на рыбалке, когда клюет, руки трясутся - вот это адреналин. А если ты его получаешь от войны, на гражданку уйти не сможешь.
Вернулся в другую страну
По самым скромным прикидкам, через войну в ЛДНР прошло около 50 тысяч россиян. И на родине они растворились. Многие из тех, кто, как говорит Деян Берич, жил войной, пошли в частные военные компании. Там еще и платят неплохо. А кто-то возвращался в новую реальность.
Я уходил в Славянск из Крыма , где у меня строительный бизнес был. Вернулся, а законы уже другие, юридическая база, бюрократия... Сложно начинать заново, - признается Виктор Аносов с позывным Нос.
Он, пожалуй, последний живой из первых командиров ополчения Донбасса. Начал с командира взвода и возглавил в итоге комендантский полк. Но решил вернуться домой. Повлияли и попытки покушения и похищения спецслужбами Украины. И жена, и дочь, которая за время войны успела выйти замуж.
Мне грех жаловаться. Вернулся на должность заместителя командира полка самообороны Крыма. В этом полку те, кто в 2014 году встал на защиту полуострова. Есть и ребята, воевавшие в Донбассе. Занимаемся охраной госсобственности, патрулированием.
- Донбасс часто вспоминается?
Ну конечно. Снится часто. Нет, чтобы жену за горло хватать, этого не бывает. Но сны такие, что хоть фильмы снимай - готовые сценарии. Все-таки пережил многое, и друзья на руках умирали...
Поствоенный синдром
Основной поток возвращающихся из Донбасса в Россию добровольцев пришелся на 2015 - 2016 годы. С окончанием активных боев большинство ополченцев посчитали свою миссию выполненной.
Правоохранители по аналогии с ветеранами войн в Афганистане и Чечне ждали всплеска преступности с вернувшимися из Донбасса. Однако криминальной эпидемии не произошло. Самая популярная статья, по которой попадались бывшие ополченцы, это незаконный оборот оружия. Кое-кто не удержался от соблазна привезти домой боевой «сувенир». Но в общей массе их немного.
Есть серьезная проблема в психологии. Большинство добровольцев уезжали в Донбасс на патриотическом подъеме после Крыма: Россия встает с колен, сейчас мы всем покажем! И многие, конечно, ощущали себя частью организма, который творит настоящую историю, - говорит мне еще один знакомый, бывший ополченец, ныне начальник службы безопасности крупной компании. - Но вернувшись, они снова становятся никем с целым набором бытовых проблем, от которых отвыкли. И окружающим на эти их проблемы плевать. Да и государство от них самоустранилось. Хотя это ведь настоящие патриоты. И с хорошим боевым опытом. Я-то кого знаю и кому доверяю, к себе возьму. В основном люди и устраиваются через знакомых - в охрану или на стройку. Но, столкнувшись с общим безразличием, бюрократией, нежеланием связываться с «отбитым на голову наемником», кто-то спивается, а кто-то возвращается обратно - на войну.
Три года назад в России появился Союз добровольцев Донбасса, призванный помогать бывшим ополченцам. Но из-за скромных ресурсов помочь всем он, конечно, не может. Но уже организовал лечение для 3,5 тысячи раненых, оказал различную помощь 400 семьям погибших... Каждый месяц Союз добровольцев направляет к психологам по 20 - 30 человек, испытывающих посттравматический синдром. Но, пожалуй, самая важная помощь - юридическая.
Многие ополченцы - граждане Украины. Они выехали в Россию, вывезли сюда свои семьи, чтобы их не преследовали. И у многих проблемы с миграционными службами. Есть случаи, когда добровольцев пытаются выдать Украине, где им грозит тюрьма, - говорит мне замруководителя аппарата Союза добровольцев Мария Коледа. - Мы смогли предотвратить около 600 попыток такой депортации бывших ополченцев.
Ветераны без статуса
Первая и главная проблема добровольцев-«иностранцев» в России - это семь кругов бюрократического ада для легализации на территории РФ и официальное получение работы, - соглашается бывший ополченец Александр Жучковский. - Вторая проблема - в России очереди из самих российских граждан на прилично оплачиваемые вакансии. И выходцы из Донбасса тут уже не дорогие гости, а конкуренты. Шанс достойно трудоустроиться есть либо у каких-то уникальных специалистов, либо у раскрученных, знаменитых ополченцев, которых рады принять работодатели, неравнодушные к судьбе Донбасса.
- Куда же идут остальные?
Вынуждены соглашаться на неквалифицированный труд. Типичная история одного моего сослуживца, воевавшего в Славянске снайпером. Он родом из оккупированного Старобельска . Живет в Москве с супругой и ребенком, зарабатывает в месяц 50 тысяч рублей на частном ремонте квартир, из них половину тратит на съем однушки на окраине, оставшихся 25 тысяч еле хватает на жизнь. При этом он сам прекрасный телеоператор с большим стажем. Но кому он нужен на московском ТВ ? И таких людей сотни. Не просто беженцев, а героев войны, отстоявших независимость Донбасса. Они справедливо рассчитывают на помощь государства и годами ждут хоть каких-то изменений. Такими изменениями, во-первых, должно стать облегчение для них режима проживания в РФ и получения российского гражданства. А во-вторых, получение статуса ветеранов боевых действий с полагающимися льготами.
ПО СУЩЕСТВУ
Что такое донбасское братство?
Александр БОРОДАЙ, председатель Союза добровольцев Донбасса:
Ему от 30 до 50 лет. Еще до Донбасса был за плечами опыт военной службы или даже боевых действий - от Афганистана до Южной Осетии . Возможно, бывший сотрудник силовых структур. В самых общих чертах таков среднестатистический портрет российского добровольца, прошедшего через Донбасс (не путать с ополченцем - выходцем из Донбасса, защищавшим буквально родную хату).
Взглядов добровольцы самых разных: красные, белые, нацболы, ультраправые. Но обязательно патриоты России. География расселения причудливая. Чаще всего это москвич или питерец, что неудивительно. Далее крымчане - тоже понять можно. А вот следующий - Дальний Восток. Оказалось, зов крови. Еще в столыпинские времена многих жителей Слобожанщины (историческая область на стыке России и Украины. - Ред.) переселяли к Тихому океану. У многих украинские фамилии. Родную землю они помнят.
Многие сравнивают «донбассцев» с «чеченцами» и «афганцами». Но есть важное отличие. Ехать в Афган и Чечню людям дало указание государство. В Донбасс все ехали сами. Донбасское братство - это, простите за пафос , квинтэссенция русской пассионарности. Я бы сказал, что это общность, с которой надо считаться.
Уже сегодня в регионах есть целые организации, созданные целиком из добровольцев Донбасса. Спасательные отряды, например. Или частные охранные агентства. Люди, не один месяц сидевшие в соседних окопах, на гражданке продолжают поддерживать и тянуть друг друга. Это абсолютно нормально.
Любая война меняет людей. Из Донбасса люди возвращаются в Россию определившимися патриотами своей земли. Никто из них на войне не разбогател. Но, несмотря на все свои проблемы (особенно в бедной провинции), немногие из них растворятся без следа.
Записал Алексей ИВАНОВ.
ДРУГОЕ МНЕНИЕ
Захар ПРИЛЕПИН, бывший замкомбата спецназа армии ДНР:
За взрослыми мужиками не надо присматривать
Идти на войну добровольцем и полагать, что потом государство должно тебе что-то обеспечивать, странновато. Мы же понимаем, что живем в эгоистическом мире, где человек человеку волк. И то же самое в любой другой сфере. Только что выступал перед студентами ВГИКа, знаю ситуацию в Литературном институте, да любой вуз возьмите - 70 - 80% выпускников не могут устроиться по профессии. И государство им тоже ничего не обеспечивает. Дай бог, чтобы оно присматривало за пенсионерами, инвалидами и сиротами. А за взрослыми мужиками государство присматривать не должно.
По личным наблюдениям за ребятами из моего батальона, я никаких поломанных судеб не вижу, спившимися их на улице, как в фильмах про Гражданскую войну, не встречаю... Кто был хорошим бойцом, устойчивым, крепким, боевитым, он и в жизни нормально устраивается. А кто служил через пень-колоду, то и на гражданке от него ожидать особо нечего.
С другой стороны, человек, вернувшийся с войны, от некой несправедливости социального устройства начинает все вокруг крушить и ломать. Особенно когда основой его поступков были идеалистические убеждения, а тут он на каждом шагу встречается с мелкотравчатым скотством...
И все-таки людям, которые прошли стремительную крымскую историю, более долгую донбасскую и стали для огромного количества россиян примером настоящего мужского поведения, можно было бы давать соответствующий статус. Почему бы депутатам об этом не подумать?
Журналисты российской Новой газеты взяли интервью у участника боевых действий на Донбассе. Это «мужчина за тридцать, в составе российского миротворческого контингента участвовал в нескольких военных кампаниях. На гражданке работал в личной охране».
По его словам, вербовка наемников для войны в Украине ведется по нескольким путям: узких специалистов ищут через военкоматы, людей с опытом боевых действий - через ветеранские организации, которых в России очень много, большая часть набора идет также через российское «казачество». Случается, что вербовщики приводят в пункты сбора и случайных людей. По словам «добровольца», один раз человек при проверке оказался бездомным с вокзала, другой - с задержкой умственного развития. Привлекают их в основном деньги.
«Некоторые и денег-то не видели таких», - говорит «доброволец». «У нас - от 60 тысяч рублей (в месяц, около 20 тысяч гривен. - Ред.), есть те, кто получает 80, 90 тысяч, командиры - даже больше. Но 60 тысяч рублей для рядового бойца - предел», - рассказал он.
Также для боевиков предусмотрены компенсации: за легкое ранение - 120 тысяч, среднее - 180, тяжелое - 360. Есть и компенсация за смерть - те же 360 тысяч плюс организация похорон. При этом за ранение платят только тем, кто возвращается в составе своего подразделения. Боевиков предупреждают, что переход к "полевым командирам" "ДНР" и "ЛНР" чреват возбуждением уголовного дела за наемничество.
По его словам, организацию боевиков для участия в конфликте на Донбассе проводят совместно казачество, ФСБ и Минобороны России, при этом будет продолжаться их легализация и интеграция в силовые ведомства России.
"Начинало все казачество, ФСБ отвечала за секретность, а Минобороны предоставляло матобеспечение, так скажем. Сейчас есть разговор, что для нас даже будут разработаны контракты с Минобороны, как для гражданских специалистов. Будут сделаны жетоны, по образцу военных, но не совсем такие", - говорит он.
"Ну есть несколько путей. Если узкая специальность - то через военкомат, таких по домам искали. Очень востребованы ВУСы 107, 106, разведка, диверсионные специальности. Второй - из ветеранских организаций. Их очень много. «Боевое братство», «Ветераны боевых действий», «Ветераны Афганистана», «Воины-интернационалисты». Просто на очередном собрании предлагают, спрашивают: кто хочет? Желающие находятся. В основном это военные, которые находятся на пенсии по разным причинам. Сокращенные в результате сердюковских реформ, например. Их записывают, потом вызывают на беседу. Беседу проводят фээсбэшники. Это в основном формальность: берут почти всех. Да. У одного уже здесь, на сборном пункте, спрашивают домашний адрес. Он мнется: «Я не по прописке живу». - «А где ты живешь?» - «Ну я не дома живу». Короче, оказалось, он на вокзале ночует. С вокзала подобрали. Есть совсем пожилые люди. У одного парня вообще олигофрения, ну ЗПР (задержка психического развития), его пока на кухню поставили готовить, кто-то же должен. Думаю, вербовщикам платят за каждого человека, вот и все. По их отчетам, наверняка все добровольцы - супербойцы, суперспециалисты", - рассказал он о верборвке.
"После беседы с «фейсами» направляют в Ростов. Адрес сборного пункта не называется, но на вокзале тебя встречают. По приезде компенсируют стоимость билетов. Ну да. Иначе можно сдать билет, никуда не поехать и получить деньги. Неофициально же все. Билет на самолет стоит, предположим, 20 тысяч. Вербовщик заявит, что набрал группу 100 человек, потом сходит сдаст билеты - вот уже 2 миллиона. Это же Россия. Сборный пункт находился на базе отдыха «Минплита» (санаторий в городской черте Ростова-на-Дону. - ред.), сейчас уже не знаю. Сдаешь все документы под роспись - паспорт номер такой-то, военник номер такой-то, банковские карты. Все остается на сборном пункте. Идея в том, что ничего не должно выдавать нашу принадлежность к России. Снимают отпечатки пальцев, фотографируют. Местные фээсбэшники проверяют, находишься ли ты в розыске, совершал ли уголовные преступления, где служил и служил ли на самом деле. Некоторых заворачивают по результатам проверки. Присваивают позывной. Потом направляют на Зеленый остров (небольшой остров посреди реки Дон, в городской черте Ростова-на-Дону, на острове находится несколько турбаз. - ред.), на базу отдыха Каравай. Там щитовые домики, живем по четыре человека. Перекличка тоже проводится по позывным. Мы ждем, когда наберется достаточное количество людей, чтобы нас отправили на полигон. Еще проводятся занятия, но тут уже от командира подразделения зависит все. Заботится ли он о подготовке. В основном дают ФИЗО, МПД, ТСП, топографию и ВМД (физподготовка, минно-подрывное дело, тактико-специальная подготовка, работа с картами, военно-медицинское дело. - ред.). Но никакого оружия на острове нет, сразу скажу. Некоторые люди уходят, когда видят, какой тут бардак. Вот приезжает кадровый военный, командир полка - его ставят командиром батальона. Ну хорошо. Он посмотрел, как все организовано, начал вопросы задавать. Такой умный? Иди отсюда! Вместо него поставили алкаша беззубого. Что он им скажет? Те, кому отдан на откуп наш вопрос, - дилетанты. У них нет академического военного образования…Потом нас направляют на полигон для боевого слаживания. Всего несколько дней на это дают. Многие на этом этапе понимают, что их физические данные не подходят для такого, и уезжают. На полигоне уже выдают оружие. Форму… Цифра, причем такая, что российской армии не снилась, специально под украинскую зеленку, под тамошнюю природу посчитана, и качество материала другое совсем. Если батальон формируется как мотострелковый, даются танки, БМП, БТР. При этом бардак дикий. Говорят: так, вы трое теперь танкисты, а вы будете артиллеристами. Нормально? Несколько дней учатся люди всего, понимаешь? И все, вперед, на укропов. Я видел, как оружие, транспорт выдавались вообще без расписки, просто люди подходили, говорили: мы с такого отряда, нам нужны два калаша и машина… И им давали. На полигоне сдаем наши мобильные телефоны. Как штат заполняется, группу отправляют. Боевую задачу объясняют непосредственно перед пересечением границы или по прибытии в центр сопротивления в Луганской, Донецкой области. Полигон сначала был около поселка Веселый. Его сделали просто в чистом поле. Там толклась куча всякого народа, скопилось большое количество бойцов. Кто нормально группой из-за границы выходит, идет на полигон. Дезертиры туда же шли, жили даже не на территории, а буквально в кустах. А чего им: рюкзак под голову подложи и спи. Ждали, когда их домой отправят. Жены ушедших бойцов тоже приезжали своих мужей искать, и их там оставляли тоже жить, чтобы шума не поднималось. Полный бардак был. Потом размещали на постоянном армейском полигоне около Персиановки (поселок Персиановский. - ред.). Туда же приходили местные отряды ополченцев из Луганска на переформирование. Тысяча с лишним человек одновременно находится на полигоне. Потом нас перебросили в Кузьминку (полигон в Ростовской области, на котором в марте этого года проводились масштабные учения ВДВ под руководством генерала Шаманова. - ред.), это ближе к границе, удобнее", - рассказал наемник о процессе вербовки и подготовки.
"Потери огромные. В чеченской кампании мы таких потерь не несли. Те, кто едет, по большей части - люди абсолютно необученные. До 50% закладывают на трехсотых, двухсотых, дезертиров. Многие на самом деле не понимают, куда едут. Там идет настоящая, полномасштабная война. Попадая в условия активных боевых действий, многие бросают оружие, драпают. Вот один из отрядов зашел, в 300 человек. 200 человек в первую неделю - двухсотые и трехсотые. Артиллерией обработали по позициям, вот и все. Другой отряд пошел, 82 человека, в первые дни - 30 раненых, 19 мертвых. Если у командира крепкие нервы, он через коридор старается обратно вынести и двухсотых, и трехсотых. Но обычно не всех удается вывезти. Украинцы не дают тела обменять. Или ополченцы не знают, куда отправлять тела. Хоронят там. Ты гибнешь, а местное ополчение знает только твой позывной. Некоторые полевые командиры по закону военного времени начинают действовать. Расстреливают за мародерство. Такие тела тоже есть. Народ едет разный. Но среди добровольцев такое меньше распространено. Поэтому местное население относится к нам лучше, чем к ополченцам. Говорят: «Вы просите, но не грабите». Для некоторых законы войны - это забрать то, что плохо лежит. Есть там один армянин, собрал человек 30, типа подразделение. Взимает дань с каждой гуманитарки. Хочешь провезти гуманитарку - плати. Те, кто не платил, рано или поздно нарывались на украинскую армию. Ему уже предъявляли. Он говорит: «Доказательства есть? Нет - ну вот и все». …Нужно сказать, что до 4 июня анкетирование добровольцев не велось вообще. То есть все, кто погиб до 4 июня, - неизвестные. На сборном пункте сейчас столько паспортов хранится… Причем одна из девочек, которая работала на сборном пункте, три недели назад исчезла с частью анкет. Говорят, она украинская патриотка. Тех, чьи анкеты она унесла, даже предупредили, что они теперь невыездные, вероятно. Если тело бойца пересекает границу, сразу же назначаются люди, которые везут его родственникам. По-прежнему все идет через Военвед (бывший военный городок в Ростове, где находится госпиталь 1602 с центром приема-отправки погибших и трупохранилищем.- ред.), там пакуют и отправляют сразу. Этот процесс тоже курирует ФСБ. Но мне тоже пришлось поучаствовать", - рассказал он о потерях в рядах российских наемников.
Как можно попасть на Донбасс добровольцем или по контракту в 2018 году
Защита родной земли у русских в крови. Добровольцы на Донбассе часто говорят, что это их долг помочь братскому народу. Можно много говорить о том, стоит ли становится ополченцем, рассказывать об условиях на фронте и рисках. С одним фактом придется примириться – десятки мужчин оставляют свою прежнюю жизнь и отправляются на фронт, вдохновленные идеей помочь Донбассу. Разберемся, как попасть добровольцем или по контракту на Донбасс.
Объективное мнение о конфликте в Украине составить достаточно сложно. С обеих сторон работает пропаганда. СМИ каждой из сторон представляют свою точку зрения, из-за чего простому человеку, далекому от политики, трудно сформировать собственный взгляд на это противостояние. С обеих сторон на Донбассе воюют три категории людей
Тем не менее существует большой процент здравомыслящих людей, которые считают отправку на фронт бессмысленной. За 3 года многие устали от бесконечной и бессмысленной войны, но конфликт не может закончиться, пока он не подогревается из вне.
Провокатором со стороны Украины часто называют США. Американцы не раз заявляли о решении поставить ВСУ летальное оружие и о проведении обучения военных.
Именно из-за деятельности подконтрольного «Другой России» объединения, мнение Украинских СМИ о наличии на территории РФ военкоматов для наемников нельзя назвать ошибочным. Они есть, только не государственные, а частные – открытые объединением «ЗОВ». Два действуют в Москве и Петербурге, а один – в Ростове-на-Дону. Периодически можно встретить информацию о новых опорных пунктах, которые курируют негосударственные фонды.
В списке вещей координаторы инициативной группы указывают военный билет, что тоже подозрительно. Если ВСУ возьмут в плен добровольца с военным билетом, то у них появятся доказательства участия России в конфликте. Это может повлечь серьезные политические проблемы, а может быть и вооруженное противостояние уже с нашей страной.
Отдельно стоит рассказать о группах мошенников, которые действуют по всей территории нашей страны. Они рассказывают об огромных зарплатах на фронте и готовы заключить с наемниками контракт даже на неделю. Верить сказочным условиям нельзя, помните, что это, прежде всего, война, и там никто и ничего гарантировать не может. Контракты для службы в ополчении в России заключать не нужно. Мошенники чаще всего просят деньги на экипировку и билеты, а потом исчезают вместе с полученными средствами.
Если вы тверды в своем решении помочь жителям Донбасса, то отправиться в ополчение можно без помощи какого-либо предприятия или объединения. Рекомендуется при себе иметь
- камуфляж и амуницию (на месте вам могут дать только оружие);
- медикаменты;
- запас продуктов на 3-4 дня;
- личные бытовые принадлежности.
Лучше всего имейте второй комплект камуфляжа и обуви. Из документов вам потребуется лишь паспорт. Как попасть добровольцем на Украину за донбасс из России, Гражданство? Кроме того, вам нужно иметь с собой запас финансов. Они требуются на всем протяжении участия в вооруженном конфликте, начиная от покупки местной сим-карты, заканчивая отъездом из Донбасса. Что касается телефонов, то смартфон лучше оставить дома, а с собой возьмите вариант с кнопками и желательно с противоударным корпусом.
В Донецке вам нужно добраться до местного военкомата, где проходит распределение. Еще один вариант – добраться до Луганска и записаться в добровольцы там. В любом случае вам предстоит пройти небольшую медкомиссию и собеседование, но эти процедуры носят формальный характер. После этого происходит распределение в ряды ополчения. Заранее невозможно предугадать, в какой батальон отправят добровольца. Отряды формируются по потребностям.
Многие мечтают встать в ряды защитников Донбасса ради заработка. В этом соискателям стоит разочароваться. Когда добровольцы, желающие заработать, попадают на фронт, они обычно понимают, что материальной выгоды это не принесет. Стабильной зарплаты у ополченцев не предусмотрено. Экономика ДНР и ЛНР пока не сформирована, армию содержать самопровозглашенные республики не могут. В большинстве случаев добровольцы периодически получают небольшие суммы, которые необходимы им для покупки камуфляжа или еды.
Получить жалование могут только местные жители или особо отличившиеся за время несения службы. Большинство побывавших на фронте говорит о выплатах до 15 тысяч рублей. При этом для получения денежного довольствия необходимо выдержать испытательный срок от 2 недель до 2 месяцев.
Рассказы о баснословных зарплатах, приближенных к тем, которые получают военные в России, не имеют под собой никаких оснований. Чаще всего слухи о заработке участников войны распространяют со стороны Украины, но нередко ложная информация идет от мошенников, которым нужно привлечь к себе внимание добровольцев. Жулики собирают на билеты и снаряжение по 50 тысяч рублей, а потом исчезают. Привлекают они соискателей тем, что на войне можно заработать 200 тысяч за 3 месяца.
Женщинам невозможно попасть на передовую, их кандидатуры не рассматривают ни в частных фондах помощи, ни в военкоматах ДНР и ЛНР. Им можно поучаствовать в акциях по сбору гуманитарной помощи. Они проходят во всех крупных городах России. Если вы решили стать волонтером, то стоит забыть про денежное вознаграждение за свою работу. Обычно такие люди связаны с благотворительностью после основной работы или находятся на содержании у родственников.
- фасовкой продуктов питания по наборам;
- сбором необходимых вещей для ополченцев (камуфляж, одеяла и прочие);
- сбором одежды, бытовой химии, медикаментов, постельного белья и одеял для мирных жителей;
- агитацией, проведением акций;
- подготовкой и раздачей листовок.
Помощь нужна практически каждому благотворительному фонду, но не секрет, что ваши усилия могут быть напрасны. Некоторые организации активно наживаются на войне в Донбассе, перепродавая собранные продукты и вещи. Стоит вступать в волонтерское движение только от крупных фондов, которые отчитываются за свои действия. Другой вариант – возить гуманитарную помощь жителям Донбасса самостоятельно.
Сколько платят ополченцам Донбасса
Сторон конфликта – две (официально): это Вооруженные силы Новороссии (ВСН) и входящие в них формирования, с одной стороны и Вооруженные силы Украины (ВСУ) и несколько добровольческих батальонов (часть из которых находится на передовой, остальные располагаются по территории страны), с другой. На самом же деле, если углубиться – ответ получится куда более многогранным.
Во-первых, и с той, и с другой стороны имеется немалое количество наемников
– людей, для которых война является работой. В большинстве своем это люди, успевшие поучаствовать в боевых столкновениях (от Ирака до Чечни), случившихся за последние годы. Также это и те, кто еще не имеет «реального» опыта, однако отслужили в армии и желают заработать денег таким способом (чаще всего, конечно, это люди из малообеспеченных слоев населения).
Ну и, наконец – с обеих сторон также хватает и тех, кто просто решил радикально изменить свою жизнь
. Обычно это те, кто не имеет постоянного места работы, близких людей, а также те, кто имеет какие-то проблемы с законом. Есть и такие (пусть и немного), кто берет в руки оружие просто для того, чтобы получить острые ощущения
– это могут быть успешные люди, имеющие большую семью.
Отдельно следует сказать и про мотивацию. Со стороны ВСН подавляющее большинство мотивированы достаточно сильно. Это – и местное население, которое попросту защищает свои дома, и приезжающие сюда люди из различных стран (наемники, если прямо). Ими движет не только и не столько жажда наживы (все-таки миллионы там не заработать, а вот остаться в земле – можно с большой вероятностью), сколько какие-то принципы и убеждения.
Подумайте сами: какая мотивация и стремление воевать могут быть у них? Конечно, пока конфликт заморожен, и поддерживается хотя бы условное перемирие – такие люди могут относительно спокойно отслужить срочную службу. А вот с началом боевых действий такая тактика Киева может привести совсем не к тому результату, на который он рассчитывает.
Само собой, что война, а также экономическая блокада занятых республиками территорий не могли положительно отразиться на их населении. Кстати, многие люди попросту покинули свои дома: часть из них уехали в Россию (временно или же с целью задержаться там надолго, вплоть до получения гражданства), часть (меньшая) – на территорию, подконтрольную Украине.
Кстати, для военнослужащих повсеместно действует «сухой закон», чего нельзя сказать о ВСУ и батальонах (в новостях периодически проскакивают сообщения о повальном пьянстве в Украинских рядах, и о возникающих на этой почве инцидентах).
Впрочем, и обычному населению (тем, кто остался) не дают умирать голодной смертью. Регулярно приходящие гуманитарные конвои – по сути, единственная помощь, без которой республикам было бы крайне сложно.
Конечно, жители ДНР и ЛНР живут практически впроголодь, многие лишились своих домов и квартир и были вынуждены переехать. В этом плане сейчас все просто: свободного жилья в городах очень много. Вы не можете сдать свою квартиру и уехать за границу. Наоборот, владельцы недвижимости, которые уезжают, готовы даже платить тем, кто согласен пожить в их квартирах – в противном случае их могут либо обокрасть, либо же занять.
Не хватает не только продуктов: проблемы наблюдаются и в медицинской сфере – нехватка лекарств, квалифицированного персонала, оборудования. Это особенно остро ощущалось в период обострения конфликта – когда практически ежедневно поступало большое количество раненых различной тяжести.
Экономика Донбасса сегодня фактически умерла
. На 2015 год промышленность и какое-либо движение экономики в республиках практически остановились. Работают некоторые магазины, в большинстве своем – продуктовые, на прилавках которых имеются только необходимые продукты по завышенным (даже выше, чем в Москве) ценам. Добывается и складируется уголь – земля на «черное золото» весьма богата, и его у республик покупает даже Украина (которая теперь, кстати, испытывает серьезные проблемы с топливом).
«У нас всем опытным сотрудникам предлагали командировки в Новороссию. Командировки очень хорошо оплачиваются, пацаны за год купили себе по квартире в Москве. Но я отказался, другую жизнь за деньги не купишь. Все исключительно добровольно и секретно, конечно же».
Причин такого «спонсорства» можно найти огромное количество. Прежде всего – это нежелание иметь под боком враждебно настроенное государство. На данный момент ДНР и ЛНР играют роль своеобразного буфера. Вдобавок со временем, когда конфликт начнет сглаживаться (скорее всего – не через год и не через два) – эти территории можно будет присоединить, как и Крым.
Не менее важным фактором является еще и политическая сторона вопроса. Практически для всего мира (США, Европы) силы ополчения олицетворяют Россию. И неудачи (а тем более – полное поражение) Новороссии в глазах миллионов людей являются неудачами России – что является ударом по «имиджу» страны.
За просто так рисковать своей жизнью и убивать других людей идут только либо абсолютно «отмороженные», либо же ярые патриоты и националисты. Куда более существенной мотивацией для участников конфликта (с обеих сторон) являются деньги. Для разных структур «зарплата» может быть разной, причем отличаться она может в разы. Попробуем разобраться, кто из военных сколько получает.
- рядовой ВСУ: около 3000-3300 грн (по текущему курсу – чуть больше 9000 рублей);
- рядовой Нацгвардии: около 5000-6000 грн (по текущему курсу – 15-18 тысяч рублей);
- младший офицерский состав ВСУ: около 6 000 грн (18 000 рублей);
- рядовой батальона: от 4000 грн (12 000 рублей).
Также существуют и проблемы с выплатами – из-за суеты и беспорядка, которые царят в генштабе (а также и из-за отсутствия средств), зарплаты достаточно часто задерживают или же выплачивают частями.
- рядовой состав: от 50 000 рублей;
- офицерский состав: от 80 000 – 90 000 рублей;
- солдаты, имеющие реальный боевой опыт (ранее участвовавшие в военных конфликтах, а также те, кто имеет востребованную специальность): от 80 000 рублей.
Мы будем рады вашим комментариям!